пятница, 25 мая 2012 г.

Про коал

В осаде (анонс):

'via Blog this'

http://www.nat-geo.ru/article/969/gallery/414/



Детенышей, попавших в ветеринарную клинику, скоро отпустят на волю, но диким коалам придется жить в городе, среди людей – эвкалиптовых лесов в Австралии почти не осталось.
Автор: Джоул Сартури




Сидящая на дереве самка наблюдает за Джесс Хупер, ассистенткой фотографа. У Джесс в руках корзина – на случай, если коала спустится раньше, чем приедут спасатели. «Сумчатые медведи часто возвращаются на деревья, которые считают своей территорией, даже если эти деревья теперь на чьем-то дворе», – говорит Меган Эйткен, исследователь, которая много лет посвятила спасению коал и их адаптации к обитанию в городе.
Автор: Джоул Сартури


«Роль приемной матери для целой оравы маленьких коал забирает у меня столько времени, что ни на что другое его не хватает, – говорит Саманта Лонгман из Ормистона, которая выращивает осиротевших зверьков уже пять лет. – Но эти малыши – члены нашей семьи. То, что мы делаем, очень важно».
Автор: Джоул Сартури

Двести лет назад коалы заселяли всю Австралию, а теперь они стали чужими на своей территории.
Текст: Марк Дженкинс Фотографии: Джоул Сартури
National Geographic, июнь 2012
22.05.2012
Два часа ночи. Коала запутался в колючей проволоке забора, словно заключенный, неудачно пытавшийся сбежать.
Городок Берпенгери на Восточном побережье Австралии, в доме Меган Эйткен, руководителя организации добровольцев, спасающих диких коал от всевозможных бед, раздается телефонный звонок. Диспетчер не сказал еще, где именно случилась беда на сей раз, а Меган уже успела накинуть одежду поверх пижамы.
Коллеги Меган, Джейн Дэвис и Сандра Пичи, прибыли на место происшествия несколькими минутами раньше. Коала зацепился мехом за колючую проволоку. По другую сторону забора растут могучие эвкалипты.
«По всей видимости, он хотел добраться до тех деревьев», – говорит Меган.
Стоя в ярких лучах автомобильных фар, она натягивает тяжелые кожаные перчатки, в каких обычно работают сварщики. (Несмотря на свою очаровательную внешность и сходство с плюшевой игрушкой, коалы могут оказывать яростное сопротивление, когда их пытаются поймать. Они рычат, извиваются, вырываются и кусаются – у Меган Эйткен в подтверждение тому есть несколько больших шрамов.) Затем Меган ставит на землю рядом с животным проволочную клетку и разворачивает толстое одеяло. Джейн набрасывает на коалу одеяло, чтобы успокоить животное и одновременно защититься от его зубов и когтей. Сандра открывает дверцу клетки, а Меган хватает черноносого зверька, завернутого в одеяло, освобождает его от колючей проволоки и укладывает в клетку.
«Дело сделано, девочки!» – кричит Меган. Наклонившись над клеткой и рассматривая круглоглазого коалу, она уже размышляет над решением следующей проблемы. Если бы зверь был болен или ранен, они доставили бы его в клинику для диких животных при Австралийском зоопарке, расположенном в сорока минутах езды к северу, в Бирве. Однако коала здоров. По инструкции им следует выпустить его на волю где-нибудь поблизости, поскольку коалы имеют индивидуальную территорию и снова и снова приходят кормиться на одни и те же деревья. Однако вокруг не лес, а густонаселенный пригород. В свете фар женщины изучают карту.
Более двух столетий назад, до того как Австралию колонизировали европейцы, в эвкалиптовых лесах обитало 10 миллионов коал. По сегодняшним оценкам, их осталось около двух тысяч.
«В этом-то все и дело, – раздраженно говорит Эйткен. – Для коал осталось слишком мало места!» В конце концов зверька решают отвезти за несколько кварталов, в крошечный парк Боама, граничащий с незастроенным участком земли, доходящим до самого берега. Спасительницы заносят клетку поглубже в лес, ставят ее под эвкалиптом и, сделав шаг назад, открывают дверцу. Коала устремляется вверх по стволу и исчезает из поля зрения. «Удачи, малыш!» – шепчет Эйткен.
Но одной только удачи – мало.
 Коала, пушистый символ Австралии и одно из животных, вызывающих у людей наибольшую симпатию, переживает сегодня трудные времена. Более двух столетий назад, до того как Австралию колонизировали европейцы, в эвкалиптовых лесах обитало 10 миллионов коал. На них стали охотиться ради роскошного меха, и в южной части своего ареала эти травоядные сумчатые оказались на грани исчезновения. Что до северной части (штат Квинсленд), то в одном только 1919 году там был убит миллион коал. После 1927 года, когда в Квинсленде последний раз проходил охотничий сезон, оставалось лишь несколько десятков тысяч сумчатых медведей.
Следующие полвека численность коал потихоньку росла – отчасти благодаря искусственному переселению на новые территории. Затем урбанизация взяла свое. Среда обитания коал уничтожалась, распространялись болезни. Вместе с урбанизацией появились собаки и автомобили. Численность коал резко пошла на спад с 1990 года. Лет 10–15 назад на Берегу Коал (так называется район в Квинсленде, занимающий 37,5 тысячи гектаров) обитало 6,5 тысячи коал; по сегодняшним оценкам, их осталось около двух тысяч.

Комментариев нет:

Отправить комментарий